Похороны «Телеграма» в День дурака

Скриншоты с сайта pikabu.ru 

1 апреля - день, который на протяжении многих лет неофициально считался Днем дурака и смеха, миллионам российских пользователей мессенджера «Телеграм» станет совсем не до смеха — по всем признакам, приложение будет заблокировано Роскомнадзором раз и, скорее всего, навсегда.

Официальной информации о блокировке «Телеграма» нет, но, по всем косвенным признакам и по темпам его замедления, дата давно определена. Решение неоднозначное и спорное настолько, что в этом номере, как вы успели заметить, мы решили отказаться от привычной карикатуры и вынесли на обложку коллаж — Я/Мы Телеграм.

Многие наверняка помнят, что последний раз подобный мем использовался в России после ареста московского журналиста Ивана Голунова. Тогда, в июне 2019 года, фраза в поддержку Голунова за три месяца стала универсальным символом единения, а потом и мемом.

Напомню, журналиста Голунова, занимавшегося в тот момент расследованием аферы с участием похоронных фирм и правоохранительных органов Москвы, нагло задержали и обвинили в незаконном производстве и сбыте наркотиков. Дело было сшито настолько белыми нитками, что их заметил бы даже слепой, но только не органы российского правосудия. Начал раскручиваться маховик «неотвратимого и жесткого наказания», журналисту грозил реальный и очень длинный срок.

На следующий после задержания день газеты РБК, «Ведомости» и «Коммерсантъ» впервые в истории вышли с первыми полосами в единой стилистике — с надписью «Я/Мы Иван Голунов», где «Я» и «Мы» переплелись между собой. Так издания поддержали корреспондента «Медузы» Ивана Голунова, которого обвиняли в незаконном производстве или сбыте наркотиков. После масштабной кампании в соцсетях, СМИ и на улицах дело против журналиста прекратили из-за отсутствия доказательств. Более того, своих должностей лишились и несколько высокопоставленных московских полицейских.

Сегодня мы все оказались в похожей ситуации. Все видят, что замедление и последующая блокировка «Телеграма» не имеет ничего общего с ранее заявленными целями. Я/Мы против этого решения и категорически протестуем, но что мы можем сделать в одиночку? В июне 2019 года именно единение всех сил российского общества — и правых, и левых, и либералов, и консерваторов — помогли вытащить из застенков Ивана Голунова. Но получится ли в этот раз повлиять на решение властей?

В разных городах России в феврале-марте предпринимались попытки организовать митинги против закрытия «Телеграма», но во всех случаях они в последний момент были отменены. Так, в Москве и Санкт-Петербурге причиной стали ковидные ограничения. И вот что больше всего возмущает — 20 марта в обеих столицах власти не стали никак ограничивать массовые молитвы в честь праздника Ураза-Байрам. Получается, за два-три дня до этого ковидная опасность была настолько велика, что митинг на 500 человек был запрещен, а в случае сборища нескольких тысяч магометан у мечети никаким ковидом и не пахло? Странно все это. Я/Мы уверены, что не совсем то в России взялись запрещать.

Роскомнадзор надо отдать под суд!

В ситуации с «Телеграмом» после полутора месяцев постоянного и нарастающего его замедления и обвинений в том, что через мессенджер работают мошенники и действуют прочие злодеи, по-прежнему много непоняток и не только у рядовых пользователей.

Роскомнадзор ведет себя в стиле «не вашего ума дело» и ничего не объясняет. Вопросы возникли даже у депутата Госдумы Александра Ющенко, хотя народным избранникам, засевшим в здании на Охотном ряду, грех жаловаться — в Госдуме-то как раз «Телеграм» работает без всяких задержек. Что называется — оцените степень лицемерия депутатов! Народные избранники льют нам в уши сказки о вражьих атаках через «телегу», а сами в это время спокойно его используют. Скажу вам больше — большинство госдумцев по-прежнему активно пользуются и всей остальной запрещенкой, как то YouTube*, Instagram*, WhatsApp* и прочее. Что дозволено Юпитеру, не дозволено быку, так, что ли, получается?

Ющенко неоднократно направлял обращения с просьбой сделать более понятными и прозрачными действия Роскомнадзора в отношении «Teлеграма» и в отношении Интернета в целом, чтобы было понятно, как и почему происходят сбои, но ответов нет.

По его словам, у мессенджера действительно были некоторые проблемы с российским законодательством, но из открытых источников следует, что «Teлеграм» блокировал каналы, в которых были выявлены нарушения, это более двух миллионов каналов. Причем «Телеграм» каждый день удаляет по несколько десятков тысяч каналов-нарушителей, но Роскомнадзору, судя по всему, этого мало.

Нам много говорят о том, что мошенники разводят российских граждан по большей части через «телегу», но РКН не дает никакой сравнительной статистики, мол, «не вашего ума дело» и верьте на слово. И Я/Мы верим, сначала Роскомнадзору, а потом некоторые из нас верят мошенникам.

Но вот вам мнение не какого-то «авторитетного блогера» или диванного эксперта, а человека в теме — замначальника полиции по охране общественного порядка Екатеринбурга подполковника полиции Андрея Ершова. На минувшей неделе он заявил, что блокировка мессенджеров и игр никаким образом не помогает в борьбе с мошенниками.

«Teлеграм заблокировали, буквально день-два — и все перешли в другой мессенджер. Какое-то затишье было, но небольшое. Все эти преступники находятся вне территории Российской Федерации и в 85% случаев звонят в мессенджеры. Как только одно приложение перестает работать, они переходят на другое. Не работает второе приложение — переходят на третье. Если не третье, переходят на другие уловки. Пока они перестраиваются, у нас наблюдается затишье. И в MAX они уже тоже работают», — подчеркнул Ершов.

Если в МАХ мошенники себя чувствуют в своей стихии, то для чего было городить весь этот огород с ограничениями, замедлениями и блокировками «Телеграм»? Тем более, как выясняется, у РКН не хватает мощностей для блокировок. То тут, то там в самых разных регионах России начинают работать на прежних скоростях и без ограничений не только «Телеграм», но и YouTube*, Instagram*, WhatsApp*, сеть Х и многие заблокированные сайты. Иными словами, система, выстроенная Роскомнадзором, уязвима, и теоретически ее могут сломать в любой момент.

Я/Мы можем сколько угодно рассуждать о скорости «телеги», но для жителей Белгородской области это не досужие рассуждения, это вопросы жизни и смерти.

19 марта губернатор Белгородской области Вячеслав Гладков во время «прямой линии» с жителями региона зачитал письмо мужчины об угрозах БПЛА и ракетных атаках, которые возникают из-за отключений (замедления) мобильного интернета, и люди не получают оповещения.

«Кто будет отвечать за смерти людей, которые не смогли получить информацию о дронах из-за отключения мобильного интернета? Головой вообще думали те, кто это сделал? Белый список не работает половина, дроны как летели, так и летят, им это не помеха. РКН судить надо».

Губернатор согласился с возмущениями граждан и сказал, что это обращение не единственное — многие жалуются на интернет.

По наблюдениям журналистов «Вечорки», абсолютно ВСЕ! (подчеркну это!) сообщения в мессенджере МАХ выходят с задержкой. Она может быть разной — от полуминуты до часа. О каком оповещении жителей о ракетном обстреле можно говорить с такими скоростями?

А если действительно погибнут люди из-за несвоевременного оповещения, чиновников из Роскомнадзора будут судить или все спишут на технические неисправности?

Не сметь свое мнение иметь!

На этой волне запретительства, более похожей на психоз, и замедления интернета проснулись и разного рода политические деятели, которых икрой осетровой не корми, но дай чего-нибудь позапрещать. Так, Госсовет Татарстана предложил ограничивать распространение обвинительной информации в СМИ и соцсетях до вступления решения суда в законную силу. Документ предполагает ответственность за публикации, которые формируют у аудитории впечатление о виновности человека или компании, даже если используются формулировки вроде «предположительно», «возможно» или «источники сообщают».

Согласно инициативе, до решения суда допустимы только нейтральные сообщения без намеков на виновность. Также предлагается запретить использовать для внеплановых проверок материалы, полученные незаконным способом. Например, при скрытой съемке или нарушении коммерческой тайны. За нарушение — штрафы от 100 тыс. до 2 млн рублей.

Если такое предложение пройдет в Госдуме, то этот закон станет последним гвоздем в гроб российской журналистики. От нее и сейчас мало что осталось, а с этим законом такой жанр, как журналистское расследование, и вовсе умрет. Законопроект фактически его запрещает и придуман для того, чтобы журналист или СМИ не могли ничего написать о чиновнике или бизнесмене, подозреваемом в причастности к коррупции. Сделать это можно будет только на основании решения суда, а до него, как известно, не все дела доходят, да и научились у нас продажные чиновники с судами договариваться.

Но рассказ о законопроекте об ограничении распространения обвинительной информации будет неполным, если Я/Мы не скажем пары «добрых» слов о его авторе, депутате Госсовета Татарстана Марате Галиеве. Оказывается, он уже давно и по самое «не балуйся» втянут в давний конфликт с журналистами.

Галиев позиционирует себя как борец за чистоту окружающей среды. Даже звание имеет «Заслуженный эколог Татарстана». С 2014 года он является учредителем и гендиректором ООО «Имеральд» — компании, которая занимается обработкой и утилизацией опасных отходов. В 2023-24 гг. активисты общественного проекта «Экорейд» провели расследование деятельности предприятия и собранные материалы передали в прокуратуру, которая все нарушения экологического законодательства подтвердила и обязала «Имеральду» и Галиева устранить нарушения.

Но Галиев не стал ничего ликвидировать, вместо этого он подал в суд на экологов и журналистов, добиваясь удаления информации из Интернета, но суд не нашел оснований для признания информации порочащей репутацию фирмы или клеветой. Вот депутат и затаил обиду…

В данном случае Я/Мы имеем дело с обычной местью, а законопроект — не что иное, как орудие этой мести. Теперь вы представляете, с какого рода публикой журналистам, в том числе и журналистам «Вечорки», приходится иметь дело? Сегодня эти люди собираются заткнуть рот всей российской прессе.

Сразу вспоминается анекдот про Вовочку, который увидел через замочную скважину, как родители занимаются сексом. Переварив все увиденное, он сам у себя спрашивает: И эти люди запрещают мне ковырять пальцем в носу? 

Олег ТОПОЛЕВ