Дом печали

Фото - нейросети

От редакции: Рядом с Читой расположен дом-интернат для пожилых людей и инвалидов, мы не называем его, так как проводим собственное расследование. Под письмом стоят фамилии 14 человек — жильцов дома-интерната, которые мы также не называем, чтобы обезопасить их. Но откладывать письмо на потом мы не можем, так как безобразия, описанные в письме, необходимо остановить.

«Я пишу это письмо не с целью опорочить руководство интерната, а с целью привлечь внимание руководства Забайкалья к проблемам проживающих здесь людей, которые не решаются годами. Этот дом-интернет — тихая пристань или приют печали? Я проживаю в этом интернате почти два года и излагаю то, чему сама стала свидетелем.

Когда-то в недалеком прошлом это учреждение было образцово-показательным, что подтверждают люди, проживающие здесь по 20, 30 и более лет. Сейчас работа с проживающими в интернате организована очень плохо, а точнее, не организована совсем. Отношение работников отдела социальной реабилитации к проживающим плохое, равнодушное, циничное, порой хамское, зависит оно от личных симпатий или антипатий к кому-либо из проживающих.

Я хочу спросить — чем отличается социальное учреждение от исправительного? При молчаливом одобрении соцработников в интернате процветает дедовщина — лица, правила для которых не писаны, издеваются над более слабыми, доводя иных до нервного срыва, но соцработники относятся к ним очень лояльно, им прощается все.

В курилке нет вытяжки, и некурящие буквально задыхаются, становясь пассивными курильщиками. Руководству до этого нет никакого дела. Заявления, поступающие от проживающих, не регистрируются, что дает возможность соцработникам манипулировать ими, что они и делают. У соцработников много свободного времени, им скучно, и они развлекаются тем, что заселяют комнаты несовместимыми друг с другом людьми и наблюдают, кто кого загнобит. Например, к инвалиду-астматику подселяют злостного курильщика, выкуривающего две пачки сигарет в день и злоупотребляющего алкоголем, и призывают жить дружно.

Накануне 9 мая произошел вопиющий случай. Соцработники выселили из одноместной палатной комнаты полупарализованного инвалида 1940 года рождения и подселили его к неадекватному и крайне агрессивному человеку, который тут же стал издеваться над беззащитным дедом, даже таскал его за больную руку по коридору. Зачем они это сделали? Хочется спросить — кого и от кого защищает наша соцзащита, и зачем она нужна в таком виде?

Но зато у них на «5+» выполнена наглядная агитация — одни призывы о здоровом питании, здоровом образе жизни, уважении друг к другу, чтобы старость была в радость. Посмотреть на эту агитацию — душа радуется… Но кормят здесь не просто плохо, а очень плохо, хотя директор и персонал стараются убедить нас в обратном и очень нервничают, когда люди жалуются. Кормят нас из расчета 250 рублей на человека в сутки. О каком здоровом питании можно говорить? Какой шутник придумал такую норму питания для старых, больных людей, инвалидов, которые принесли сюда свою пенсию?

Собак в приютах кормят на бóльшую сумму и за счет бюджетных средств, для них миллионы не жалеют. У нас много разных общественных организаций по защите животных, птиц, рыб, леса, воды, воздуха, а вот организации по защите человека нет ни одной. Мы обращались с жалобой по поводу плохого питания в Минсоцзащиты, в Роспотребнадзор. 25 июля 2005 года подписали жалобу 27 человек, им сразу поступили угрозы: пойдете жить на этаж к психически больным. А мы получили отписки, что нарушений не выявлено, а питание соответствует по всем параметрам: белкам, жирам и углеводам.

Но как оно может соответствовать, если уже второй год с приходом нового директора идет полная замена продуктов? Масло заменяют спредом, мясо — печенью неизвестного происхождения, в меню не указывают, какому животному она принадлежала, а на нее смотреть страшно, а не то что есть. Эту печень, наверное, уже и в приют для собак не берут, поэтому ее и везут сюда — старики съедят, у них выбора нет, жрите, что дают.

Вся просрочка идет сюда. Всю зиму нас кормили просроченными, почерневшими яйцами размером с перепелиное, до тех пор пока мы не пригрозили, что отправим эти яйца на экспертизу. Также минтай, часто несвежий, который, видимо, не закончится никогда. А желудки у людей уже не принимают такой пищи, после этих столовских вкусняшек та же китайская лапша деликатесом кажется.

При интернате имеется свое подсобное хозяйство, но ни мясо, ни сало, ни молоко до проживающих не доходят, все идет на реализацию. Никакого разнообразия, люди держатся только своими продуктами, которые покупают на оставшиеся 25% от пенсии. Потому что есть то, что предлагают в столовой, каждый день, три раза в день, и не один год — испытание тяжелое, и оно чревато последствиями.

25% от пенсии — это гроши, у некоторых они составляют 4,5 тысячи, а людям нужно лекарства покупать за свой счет, потому что того, что выписывает врач, в льготном списке нет. Людей здесь не одевают, хотя в договоре есть графа по всем группам одежды. И как им жить, голодным и раздетым?

На что расходуются наши пенсии? Нам не выдаются акты приема выполненных услуг, а это делается для того, чтобы люди не знали, за что они платят, а платят они за непредоставленные услуги. Это уже попахивает мошенничеством, ведь ежемесячная выдача актов предусмотрена договором.

Совсем недавно была прибавка к пенсии, но никто из нас не знает, кому и сколько прибавили, потому что ее сразу сняли по причине увеличения среднедушевого дохода. Вопрос: кому повысили пенсию? Ответ: интернату.

Ни в изоляторе, ни в карантине нет кнопки вызова персонала, и запертые там люди не могут ни до кого достучаться, а ведь среди них есть те, которые боятся замкнутого пространства. На все просьбы и вопросы у работников службы социальной реабилитации имеются два варианта ответов: «не положено» и «мы не можем», чаще всего звучит второй. Тогда зачем нужна такая служба, которая ничего не может? Соцработники могут легко обвинить любого человека в совершении им неблаговидного поступка, невзирая на его пол и возраст. Как больно видеть, как плачет старый человек на девятом десятке лет от обиды и безысходности, ведь на соцработников здесь пожаловаться некому, они могут позволить себе все.

Зато здесь чрезмерно раздут штат: полный штат соцработников, полный штат медработников, как в поликлинике, но здесь не лечат, так как это не лечебное учреждение — мы все обращаемся в районную поликлинику. Почему так бесконтрольно расходуются бюджетные средства?

Хочу спросить — это учреждение частное или все же государственное? Завслужбой социальной реабилитации ведет себя так, словно интернат принадлежит ей на правах частной собственности, единолично казнит или милует, злоупотребляя служебным положением, ведет себя так, чтобы каждый ежедневно ощущал свою зависимость от нее, а если что-то ее не устраивает, над каждым висит угроза перевода на этаж с психическими больными. Но когда в интернат приезжают комиссии, соцработники надевают маску отеческой доброты и заботы.

В интернате, где живут нищие пенсионеры, инвалиды, работает коммерческий магазин, цены в котором не выдерживают никакой критики, они, видимо, рассчитаны на московских олигархов, но олигархи здесь не живут. Минсоцзащиты утверждает, что магазин работает с низкой торговой наценкой, а на время работы комиссии он постоянно закрывается по техническим причинам.

Не решается вопрос со стиркой для проживающих. О качестве работы прачечной говорить не приходится. Постоянно подселяют людей, которые уже не могут ухаживать за собой. Запах бывает здесь как в зоопарке — иногда даже дверь в коридор открыть невозможно.

В интернате нет ни одной гостевой комнаты. Родственникам, приехавшим навестить своих стариков, и пообщаться негде, кроме как на лавочке, зимой — в вестибюле, летом — на улице. А ведь даже в тюрьмах предусмотрено помещение для приезжающих. Из всего изложенного можно сделать вывод, что услуги в интернате предоставляются ненадлежащего качества. Если во всех социальных учреждениях происходит то же, что и здесь, то это уже социальный бандитизм.

На всех видах физической работы используется труд психически больных, но как он оплачивается и оплачивается ли — большой вопрос. Для чего существуют подобные социальные учреждения? Для того, чтобы облегчить жизнь старым, больным людям, инвалидам, людям, попавшим в трудную жизненную ситуацию, или для руководства, повышающего за счет этих людей уровень своего материального состояния?

Есть такое выражение «дайте людям хлеба и зрелищ». Зрелищ здесь хватает, хлеба маловато. Из кухни в открытую растаскиваются продукты, но руководство при постановке этого вопроса сразу становится слепоглухонемым, а директор заявляет, что это недоказуемо.

22 мая 2026 года в интернате работала очередная комиссия, по этому случаю на столах появились салфетки. Это было так неожиданно и так приятно. Что это, как не показуха? Я обращаюсь ко всем забайкальцам, у кого есть желание оформиться в этот интернат. Хорошо подумайте, ведь, попав сюда, вы потеряете пенсию и себя как личность и станете, как и все здесь, лишь гарантированным источником дохода для руководства интерната.

Директор интерната в ответ на жалобы проживающих на плохое питание приводит в пример известного мецената царских времен Савву Морозова, который открывал богадельни для нищих, где для них была охапка соломы и миска баланды, и никто не жаловался.

С уважением ко всем забайкальцам,

14 подписавшихся (подписи имеются в редакции)»

Просим компетентные органы обратить внимание на проблему.