Где-то между Кией и Нерчой. Часть первая.

Фото автора

Примерно две недели назад в редакцию «Вечорки» позвонил житель Шилки и рассказал о переполненном скотомогильнике, расположенном рядом с городом и оживленной автомагистралью. Самые гневные слова мужчина адресовал местным властям, которые, несмотря на многочисленные жалобы, не обращают никакого внимания на потенциально крайне опасный объект.

«Яма там раньше была очень глубокая, но сейчас она переполнена. А ведь скоро весна, вся эта гадость оттает, и потекут отходы в Кию, до которой порядка пятисот метров. Плюс стаи собак, которые облюбовали свалку в качестве своей столовой», — сказал мужчина.

На наших каналах в «Телеграм» и МАХ мы опубликовали эту информацию, и если судить по комментариям, наш читатель немного сгустил краски: до Кии от скотомогильника не 500 метров, а порядка двух километров, да и расположен он на противоположной от города стороне сопки довольно-таки далеко. Но это не меняло главного — скотомогильник переполнен, этот факт подтверждали все комментаторы. «Вечорка» отправилась в дорогу, чтобы на месте оценить масштаб бедствия.

На фоне событий, происходящих в Новосибирской области, где в эти дни уничтожают скот на частных подворьях под предлогом борьбы с бешенством и пастереллезом, тема брошенного скотомогильника стала весьма актуальной, тем более что, если верить документам Россельхознадзора, «работы по надзору за объектами утилизации биоотходов являются неотъемлемой частью комплекса мероприятий по противодействию терроризму». Думаю, масштаб проблемы вам после этого становится понятен — брошенный скотомогильник с наступлением теплых дней может стать эпицентром страшных болезней, таких как африканская чума свиней, ящур, сап, бешенство и даже сибирская язва. По сути, это бомба, начиненная смертоносными бактериями, замедленного действия.

Дорогу осилит идущий

Выезжая в Нерчинск и его окрестности, журналисты «Вечорки» знают, что всегда получат посильную помощь от давнего друга редакции, товарища и коллеги Владимира Ивановича Волжина. Он много лет проработал в местной районной газете «Нерчинская звезда». Сейчас уже мало кто помнит, а молодежь так и вовсе не знает, что раньше журналистика держалась именно на районках. Они были основой всего. На них держалось все здание советской журналистики. Начали исчезать районки, и тут же начала вырождаться журналистика.

«Сейчас ничего от журналистики не осталось. Сегодня, на мой взгляд, только «Вечорка» осталось нормальной газетой, такой, какой и должна быть газета», — говорит Владимир Иванович.

Подлежит ликвидации, но есть нюансы

После посещения скотомогильника пытался дозвониться до управления Россельхознадзора (РСХН) по Забайкальскому краю, но по указанным на их сайте телефонам никто не отвечал. Не знаю, может быть, пятница тому была причиной, и сотрудники ведомства положили на работу большой болт, то ли была еще какая-то причина. Пришлось довольствоваться релизами пресс-службы РСХН, которых в сети нашлось в большом избытке.

Оказывается, с начала 2026 года специалисты РСХН провели 11 выездных обследований скотомогильников и биотермических ям. Списка посещенных объектов нет, но предполагаю, что до Шилки сотрудники надзорного ведомства не доехали, иначе бы на объекте, который мы со всем тщанием обследовали с Владимиром Ивановичем, обстановка была бы совершенно иной.

Сам шилкинский скотомогильник расположен буквально в 50-60 метрах от дороги, ведущей в Нерчинск. Совсем рядом АЗС, и примерно в паре километров от скотомогильной ямы начинаются городские кварталы Шилки.

Если будете проезжать это место, обратите внимание на полуразрушенный навес и полусгнивший сруб (он будет справа от трассы, если направляетесь в сторону Нерчинска). Согласно требованиям Минсельхоза, выглядеть последнее пристанище мертвых Пеструшек, Дружков и Мурок должно совершенно иначе. Скотомогильник в обязательном порядке должен быть огорожен сплошным забором высотой не менее 2 метров с въездными воротами, обозначенными предупреждающей табличкой с надписью «Скотомогильник». Ничего этого и близко нет. Если бы нам не подсказали, что скотомогильник расположен именно здесь, мы его и не заметили бы с дороги.

«Ворота скотомогильника и крышки биотермических ям должны быть оборудованы замками, ключи от которых должны храниться лицами, уполномоченными гражданами и организациями». Так написано в приказе Минсельхоза РФ, но в нашем случае — подходите, люди добрые, кто хотите и валите всю мертвечину и прочую гадость куды хотите. Вот люди и валят. А что еще делать, если нет четко очерченных границ скотомогильника, нет ворот, а о крышках с замками здесь вообще никто не слышал.

Сейчас весь биомусор (туши и части мертвых животных) валят, не доезжая до ямы. Да это и не имеет смысла — яма переполнена как заброшенный привокзальный туалет. От крышки не осталось и следа. О былом навесе напоминают лишь прогнившие и почерневшие от времени брусья и куски изломанного шифера.

К огромной куче мертвых туш мы подошли так, чтобы ветер дул от нас. Пусть пока холодно и все замерзло в камень, запашок здесь стоит крайне неприятный. Представляю себе, что здесь творится летом! Вся земля вокруг скотомогильника покрыта сплошным многосантиметровым ковром птичьего помета. Птицы являются одним из основных разносчиком заразы. А еще собаки, но с четвероногими любителями дохлятины, к нашему большому счастью, мы не встретились. Уверен, если бы это произошло, то приятного в ней было бы мало — собаки привыкли давать бой всем, кто покушается на их кормушку. В том, что это место может стать практически неисчерпаемой столовой для десятков полудиких псов, можете даже не сомневаться. И помните — городские кварталы совсем рядом. Преодолеть пару километров для взрослого пса не составит никакого труда.

Очень сильно напрягает вид нескольких целых тушек поросят, каждая килограммов на сорок. Ни один хозяин, даже самый безответственный, не станет без причин выбрасывать на свалку доброго, в смысле веса и упитанности, поросенка. Значит, свин сдох от какой-то непонятной хвори, а не по причине несчастного случая, крыша на него точно не падала, иначе стали бы поросята отбивными котлетами, холодцом или шашлыком. И, как я подозреваю, к ветеринару сдохших чушек не возили, то есть, вполне возможно, причиной смерти могла стать и чума, и свиной грипп, и вообще все что угодно. Поэтому к куче с тушами животных стараемся с Владимиром Ивановичем близко не подходить и держимся с наветренной стороны.

Если судить по размерам стихийно возникшей кучи и состоянию костей и черепов, в такое безобразное состояние скотомогильник пришел не год и не два назад, а гораздо раньше.

«Лет десять точно», — предположил Владимир Иванович.

Если скотомогильник бесхозный и брошенный, то он подлежит ликвидации, и это не я придумал, таковы требования приказа Минсельхоза. В нем сказано: «Бесхозные скотомогильники подлежат обязательной ликвидации. Это необходимо для: предотвращения несанкционированных захоронений биологических отходов; недопущения распространения возбудителей заразных болезней; защиты населения от заболеваний; сохранения экологии и окружающей среды».

Но шилкинский скотомогильник благополучно функционирует, отравляя вокруг себя землю и воздух. Порядок на нем нужно было навести давно, но, похоже, до него и руки, и ноги местных чиновников не доходят, да и краевому Россельхознадзору дела нет, они же 11 мест захоронения проверили, зачем им остальные?

Может быть, эта публикация заставит специалистов РСХН сдвинуть таки свои пятые точки с насиженных кресел и отправиться на выездное обследование шилкинского скотомогильника.

(Окончание следует)

Олег ТОПОЛЕВ