Чита, Гагарина, 8в

Чита — Гомель. Неблизкая братская республика. Командировочный репортаж — продолжение

  • 04 мая 2022 г.
  • /
  • 0
Чита — Гомель. Неблизкая братская республика. Командировочный репортаж — продолжение

В прошлом номере «Вечорки» я начал описывать международную командировку съемочной группы «Вечорки ТВ» в братскую Беларусь. В этом номере я опишу впечатления о сегодняшней Москве: немного цен, люди на Красной площади, каршеринг, Арбат и многое другое.

В два счетчика, шеф!

Из Улан-Удэ в московский «Домодедово» приземлились опять утром. Как будто и не было этих шести часов полета — разница во времени почувствуется только по возвращении в свой часовой пояс. Москва встретила влажной погодой, отсутствием солнца и бесконечным количеством водителей такси в аэропорту. Хотя нет, не так — водители таксомоторов с большими табличками «Такси» на шее начали попадаться уже по дороге к выходу из аэропорта. Что еще подметил — автомобили извозчиков стоят каждый на своей фирменной стоянке. Тут тебе «Яндекс», тут «Ситимобил», там еще кто-то. Чуть поодаль еще одна стоянка разукрашенных машин, но уже из разряда каршеринга.

Автомобиль в прокат — машина, которую не жалко

Каршеринг (англ. carsharing от car — «легковой автомобиль» и sharing — «совместное использование, передача другому») — краткосрочная аренда/прокат машины.

Автомобили каршеринга в потоке транспорта, к примеру, в самом центре города занимают чуть ли не 30% от общего. Для некоторых это улучшенная альтернатива таксомотора. С ближайшей от тебя стоянки (определяется по приложению) берется, скажем, «эконом» — зачастую это массовые и дешевые машины. Стоит эта услуга в среднем 1000 рублей за 45 километров (которые при этом нужно проехать не более, чем за 3 часа). Если из точки А в точку Б получился меньший километраж — деньги возвращаются на карту, привязанную все к тому же приложению. Оставлять машину можно прямо там, куда вы приехали. Как только появится водитель в данном радиусе, ему будет передан авто. Соответственно, если каршеринг класса «комфорт» (как правило — «Ниссан-Кашкай»), то прейскурант выше. Страховка открытая.

Может, когда-нибудь подобные сервисы появятся и в далеком Забайкалье. Только представьте — приехал в Калгу, взял в прокат «Солярис» и поехал в село Доно, где ее и оставил. Красота! Пока же в Чите есть исключительно такси, и то зачастую класса «дискомфорт».

Аэроэкспресс — лужковский метод борьбы с бомбилами

На выходе из Домодедово — множество палаток с кофе и фастфудом. Только оказавшись в царстве бургеров, понимаешь — закрытие «Макдональдса» для столицы — как слону дробина. Аналогов великое множество. Ну и цены — маленькая чашечка кофе — 200 рублей, и это по-божески. Подробнее о ценах в «Домодедово» и Москве в целом я узнаю только на обратном пути и расскажу в конце. Пока же, испив горячего терпкого напитка, идем в сторону аэроэкспресса.

Появлением аэроэкспресса от «Домодедово» до Павелецкого вокзала Москва обязана экс-мэру Юрию Лужкову. В рамках борьбы с обезумевшими бомбилами и их тарифами он сотворил сие железнодорожное чудо и отчасти дисциплинировал и самих бомбил, и службы такси.

Аэроэкспресс — что-то вроде комфортабельной скорой электрички. Большие удобные кресла (особенно в двухэтажных вагонах), мягкий ход, скорость до 140 км/час. Все те же снующие с тележками проводники и предложения пить/есть. Стоимость за эти почти 50 километров пути («Домодедово» — Павелецкий вокзал) — 450 рублей. За окном мелькают долгострои, полуразрушенные здания, соседствующие с высотками, разукрашенные граффити покосившиеся гаражи, непонятные водоемы с кучами мусора. Иногда по дороге можно разглядеть бичей, собирающих алюминиевые банки. В сознании обычного человека чайки ассоциируются с морем, отдыхом и шумом волн. В Подмосковье чайки летают над гигантскими свалками.

У каждой станции свой портрет. В московском метро одинаковых нет.

На Павелецком вокзале людно до безобразия. Люди течением плывут по только им известным маршрутам. При спуске в метро торопятся, обгоняя стоящих на эскалаторе прохожих.

— Можно, я проскочу? — мужик дотронулся до моего плеча и вопросительно посмотрел. Что ему надо, я сначала и не понял. Вроде эскалатор спускается, все едем. Оказывается, просил подвинуться, чтобы на двигающемся эскалаторе быстрее спуститься посредством собственных ног.

Подметил — некоторые ездят на эскалаторах задом наперед. Ну то есть задницей вперед — так есть возможность поговорить с собеседником во время спуска в метро.

Гости из южных республик селфятся, по видеосвязи разговаривают на родных языках с родственниками, успевая крутить телефоном вокруг себя. То, что это кому-нибудь может мешать как минимум и быть неприятным как максимум, никого не колышет. У каждого свое воспитание.

Разовая поездка в метро — 61 рубль. Мощные турникеты захлопываются настолько неожиданно, что неопытному гостю столицы становится не по себе. В соседнем от меня проходе застряла девушка с чемоданом на колесиках. Она тянула его не перед собой (как надо), а за собой. В результате турникет закрылся. Ручка от чемодана осталась у перепуганной девчушки в руках, а сам чемодан застрял внизу с той стороны.

— Давай помогу, — молодой человек в подвернутых джинсах силой потянул на себя дорожную тару и вытащил. Затем через верх передал барышне и поспешил по своим делам. Пунцовая барышня, потупив взор, поспешила ретироваться.

Кстати, оглядев вагон метро, я заметил, что у 90% пассажиров — тех, которые были в джинсовых штанах, — низ подвернут. Как я понимаю, это следствие вечно слякотной погоды или мода такая.

Пассажиры метро: подвернуть джинсы и залипнуть в телефоне

Честно признаться, в московском метро я ранее не ездил. В бытность свою проживая в Новосибирске, часто пользовался местной подземкой, но вот в столице — нет. Сразу хочу заметить, что по размерам московский и новосибирский подземный транспорт — это как «Жигули» и «БелАЗ». С ходу и не разберешься в схеме — только детальное изучение: где какая ветка, где лучше пересаживаться и прочее. А сами станции! Это просто песня. Лепнины, скульптуры, архитектурные сооружения, панно, композиции — очень атмосферно.

Еще в Новосибирске заметил — людей, впервые катающихся на метро, видно сразу. Они буквально летают по вагону, не найдя точку опоры или неправильно «припарковавшись». А вот «непонаехавшие» с какой-то особой значимостью расставляют ноги на уровне плеч и держат баланс, даже не держась за поручни. Со временем так, с закосом под местного, научился делать и я.

В московском метро 90 процентов пассажиров залипают в телефоны. Еще 5% — кто спит, кто смотрит в одну точку. Иные болтают друг с другом.

— Сегодня в кино идем? — совсем юная девушка, на вид максимум первокурсница, обратилась, очевидно, к своему ухажеру и зачем-то ступней пнула его по кроссовке. Парень от неожиданности выронил телефон на колени и тут же его подобрал.

— Да, конечно. Там «Брат-2», прикольно, — парень явно с любовью смотрел на подружку, одновременно вытирая влажной салфеткой испачканную обувь.

За всей этой картиной наблюдал тучный дед, сидевший напротив. Прозрачный пакет, который он держал в руках, был доверху набит галетами типа армейских, и вот прямо так, без упаковки, врассыпную. Я еще подумал тогда — либо собаке везет, либо дед из категории тех, кто истерически скупал сахар в супермаркетах. Глядя на парочку, старик, судя по всему, вспоминал первую встречу со своей бабуськой — он украдкой улыбался.

Вышли на станции метро «Александровский сад», практически рядом с Госдумой в Охотном ряду. До поезда на Гомель оставалось часа четыре. Хотелось погулять по нерезиновой.

Перекус на любой вкус и кошелек

Но для начала — поесть! Причем так, чтобы не вылететь в финансовую трубу. Совсем недалеко от Красной площади — большой торговый центр. Из разряда тех, где есть все. На минус четвертом этаже (да, есть и такое — минус четвертый) — фудкорт. Если бы я был Дмитрием Нагиевым, я бы сказал другой интонацией и по-другому — фудкортище!

Порядка 20-30 харчевен на самый разный вкус: бургерные, тайские морепродукты, вьетнамские супы, русские борщи, восточные лагманы и выпечка, китайские кисло-сладкие блюда — всего не перечесть. Выбранные куриный суп, лапша с говядиной и брусничный морс обошлись вполне демократично — 310 рублей. Все это добродушные узбеки приготовили прямо при мне, украсили зеленью и залили ароматным соусом.

Кулинарному карвингу (искусство художественной резки по овощам и фруктам — авт.) в подобных заведениях уделяют пристальное внимание. Чего только стоит обычный салат оливье, выложенный почему-то в фольгу (смотрится довольно необычно) и украшенный множеством приблуд. Аппетит появляется даже у тех, кто не голоден.

По-маленькому и не только

В конце этажа — платный туалет. Стоимость 60 рублей. Надо отметить, что уличных туалетов в Москве великое множество. Большинство автоматические. Подходишь, проводишь картой — и сиди, размышляй о судьбах России сколько тебе вздумается.

Солдатик с мамой, молодежь, иностранцы и гомосеки

Подобные фудкорты, что я описал выше, есть практически в каждом торговом центре. На обратном пути заскочили в ТЦ «Европейский», что на Киевской площади. По ассортименту кухни — все то же самое. Интересно наблюдать за людьми в таких заведениях. Кто зашел перекусить, кто выпить пива, кто просто на чашку кофе и беседу.

Вот сидит компания школьников, точат бургеры с колой. Там, чуть поодаль, набивает живот лысый солдатик в компании мамы. Мать не отводит от него глаз. Кроме заказанной снеди во весь стол, она, озираясь, вытаскивает из пакета булочки и подкладывает сыну. Тот уплетает за обе щеки и что-то рассказывает — из-за шума не слышно.

Через два столика от нас — два гомосека. Неторопливо пьют кофе с кусочками тирамису, один из них незаметно положил свою руку на руку другого. Улыбаются, мило щебечут, теребят сережку в ухе (а может, еще что).

Справа по соседству — компания мужчин на вид лет сорока. Пьют пиво и, судя по количеству пустых бокалов на столе, пьют уже давно. Говорят на английском, может, американском — на слух разницы различать не умею.

В пересчете на бурятские буузы

В тот раз две котлеты «по-домашнему», гарнир — капуста с яйцом, гороховый суп с копченостями и бутылка холодного «Тархуна» обошлись мне в 610 рублей. В целом неплохо, за исключением того, что копченостями в супе оказались пара дохлых кусков сала. Еще омрачило впечатление пластиковая посуда, которую после трапезы собирает женщина с большой тележкой.

Почему-то, заказывая то или иное блюдо в столичных кафе, всегда пересчитывал, сколько на эти деньги можно купить наших родных бурятских бууз. В данном случае вышло бы 12.

Немного о Красной площади

Описывать Красную площадь не буду, это сделали до меня и много раз. Скажу, что запомнилось: кричащие в мегафон дяденьки, предлагающие экскурсии, барышни в пышных платьях, предлагающие совместное фото, и хаотичное беспорядочное движение людей. Фотографируются все. И везде. Возле почетного караула, возле Мавзолея, около Спасской башни и т.д. Есть любители необычных фото. Один из молодых людей лег на брусчатку спиной и задрал ноги вверх, напоминая женщину в гинекологическом кресле. Второй его фотографировал.

Возле ГУМа развалилась на холодной брусчатке юная леди, не боясь застудить «мандаринку». Сверху ее фотографирует другая. В тридцати метрах оранжевоволосый юнец в ботфортах ведет стрим в соцсетях, сообщая подписчикам, что он на Красной площади — «там, где часы, которые показывают по ящику на Новый год».

Курьеры служб доставки на электросамокатах

Возвращаясь к теме транспортных услуг, не могу не вспомнить также стоящие на каждом углу электросамокаты и велосипеды. Последние смотрятся весьма оригинально, залепленные рекламой известных брендов, в основном банков. Людей на самокатах действительно много, в большинстве своем — доставщики еды. Их немерено — пешие, на двухколесном транспорте, за рулем авто. С большими сумками за спиной. Черт дернул меня спросить одного из них, как в большом ТЦ найти обменник валюты:

— А йа нэ знаю. Сам навигатор сматрю, да, — кратко ответил человек в зеленой униформе.

В кафе и на фудкортах, которые я описывал выше, для доставщиков есть специально отведенные места, где они тусуются в ожидании заказа через приложение.

Дома для элитной московской номенклатуры

После Красной площади дошли до Арбата, лицезря по дороге Белый дом и башни Москва-Сити на горизонте. Мост через Москву-реку порадовал припаркованными экскурсионными теплоходами.

Как не вспомнить — путь лежал мимо здания Министерства иностранных дел. Это одно из тех культовых зданий, которые есть только в Москве. Подобных в столице около восьми — МИД, МГУ, гостиницы «Украина» и «Пекин». Остальные — жилые дома, квартиры в которых давали видным деятелям науки, культуры, политикам и прочим выдающимся личностям.

За нами Россия, Москва и Арбат

Арбат запомнился бесконечным количеством магазинов с матрешками и неграми, с табличками на груди, рекламирующими эти магазины. Вот представьте себе магазин по размерам как наш «Темп» на Ленина. Теперь вообразите, что лавки подобных размеров до отказа набиты матрешками. Оставшееся торговое пространство занято самоварами, бижутерией, картинами.

И где-то начинаешь понимать, что если сувенирная лавка открыта и работает, значит есть спрос. Пришлось и мне на память купить один из недорогих символов русской души. Набор из пяти матрешек высотой в две сигаретные пачки обошелся в 750 рублей.

— Зато память, — как я потом объяснил супруге расточительство в семейном бюджете.

Кроме матрешек есть шапки-ушанки с красной звездой, магнитики, бюсты Ленина и Сталина, гармошки — ассоциации с Советским Союзом у иностранных туристов.

Иногда сувенирные лавки перемежаются с рюмочными, настоишными, пельменными и вареничными. Тут же — итальянские, армянские и другие рестораны. При них открыты и летние веранды — заполнены в основном парочками. Хотя нет — в одной из таких веранд громко ревел ребенок и кидал в прохожих картошкой фри.

Мотор, камера!

Неспешно прогуливаясь по Арбату, наткнулись на съемочную группу. За огороженной ленточкой территорией суетились операторы, пили кофе статисты, разговаривали актеры. По надписи на хлопушке в руках ассистента режиссера понял — снимают очередной сериал. Даже название прочитал — «Книга обо всем на свете». Собравшиеся зеваки наблюдали за происходящим, некоторые перетаскивали ребятишек через ленточку и просили разрешения сфотографировать их с хлопушкой. При съемке массовка изображала прохожих. Мне, как оператору, было интересно наблюдать за аппаратурой и работой коллег. На какое-то время я тоже превратился в зеваку.

«Мы ждем перемен…»

Особенно интересно было оказаться у знаменитой стены Виктора Цоя. Занимательна история появления этой мемориальной стены. Она «появилась» в 1990 году, когда кто-то после известия о гибели Цоя высоко, через всю стену, вывел черным: «Сегодня погиб Виктор Цой. Мы будем уважать тебя!» В ответ кто-то приписал: «Цой жив». Во всю стену надпись — «Перемен требуют наши сердца». Много граффити и, собственно, изображение самого Виктора Робертовича. Люди громко поют известную песню, подпевая друг другу. Фотографируются. Употребляют. На широких подоконниках рядом стоящего дома — пустые бутылки из-под портвешка. «Я иду в магазин, чтобы купить вино…» — слышится где-то совсем рядом под гитару.

Дети Донбасса

Напротив стены Цоя — выставка, посвященная детям Донбасса, «Пусть всегда будет мама, пусть всегда буду Я!» Всюду фотографии с историями и воспоминаниями малышей и малышек, которые увидели и почувствовали войну на себе.

Вот Лиза, 6 лет, фотография ребенка с большими глазами и синяками под ними. Рядом подпись: «Все время войны девочка живет в одном из самых обстреливаемых районов Донецка. Война началась, когда Лиза была еще маленькой. Всю свою сознательную жизнь она живет в контексте боевых действий».

За ней фото другой девочки, Лизиной ровесницы Насти: «Девочка живет в зоне обстрелов. Первого сентября — первый раз в первый класс. Очень переживала, чтобы в этот праздничный день не было обстрелов».

И так вдоль небольшого отрезка улицы с выставочных фотографий на нас смотрят наивные детские глазенки, а в душе остаются щемящие душу истории. Прохожие останавливаются, внимательно читают, всматриваются. Подобное не может оставить равнодушным человека — многие прячут красные влажные глаза.

Побывав мысленно вместе с девочками и мальчиками под обстрелами, «возвращаюсь» на Арбат. И перед глазами снова негры, матрешки, скупка антиквариата и табачные киски.

Отдельной кастой обособились художники, рисующие портреты и шаржи. Выставив портфолио, ожидают клиентов на портрет. Рядом с ними — книжные развалы. Лохматый подросток и женщина в фиолетовом плаще заинтересовано разглядывали яркие цветные книги.

Государственный исторический музей и магазин «Шпилли-Вилли»

Вообще, прогуливаясь по Москве, отметил — встретить фотографирующихся людей можно на каждом углу. И это не только известные памятники, как, к примеру, Маршалу Жукову на коне возле Красной площади. Люд делает селфи возле висящих табличек с названием улиц, в метро, возле музеев и театров.

На Красной площади ажиотаж был у Государственного исторического музея. Причем не все это делали из любви к самому музею.

— Смотри, давай здесь меня сними. Тут же фильм «Брат» снимали. Помнишь, где Сухоруков с Даней Багровым пулемет «Максим» и документы покупали, — парни лет 35-ти всматривались в вывеску.

Уже второй раз за день я слышал упоминание о киношедевре режиссера Балабанова.

Прямо очередь из желающих сфотографироваться возле магазина «Шпилли-Вилли» рядом с Павелецким вокзалом. Ассортимент магазина соответствует его названию.

Суета на глобусе…

Да, как уже говорил, пробегали мимо здания Госдумы. Очень хотелось зайти поинтересоваться тайной завышенных цен на бензин в Забайкалье, но свирепые лица полицейских погасили желание. Захотелось уединиться. Большая толпа куда-то спешащих людей безумно утомляет. В то время очень сильно соскучился по своему тихому дворику на Балябина в Чите, по малолюдной, раздолбанной алее на Горького, где вечерами нет людей и мы гуляем с псом.

Уединиться хотя бы на верхней полке поезда Москва — Гомель! К тому же отправление уже через полчаса.

* * *

В следующий раз я расскажу о нашем прибытии в город Гомель. Транзитом через Могилев и множество мелких городов Беларуси. Как досматривают пограничники в Смоленске, на границе, и почему для визита в соседнюю Беларусь не требуется загранпаспорта и каких-либо виз. Поведаю о ценах на основные товары в братской республике. Еще будет немного повествования о Москве на обратном пути, стоимости гостиничных номеров, прайсах в зале ожидания «Домодедово». Раскрою тайну — кто насрал в центре столицы прямо на тротуаре и почему жители и приезжие переходят дорогу на красный, останавливая рукой движущиеся автомобили.

(Продолжение следует)

Александр РОМАНОВСКИЙ

Фото автора